Пребывание Ф.Ф. Ушакова в Николаеве

Новости, Общество

  13 Мар , 2010

Будучи на службе в Севастополе Федор Ушаков несколько раз выезжал в Николаев в период с 1791 года по 1797 год. Он инспектировал процесс постройки кораблей. Что касется первых лет существования города – то в Госархиве Николаевской области (ГАНО) сохранилась переписка Фалеева М.Л. и Ушакова Ф.Ф. Письма были изучены и предоставлены автору очерка Натальей Александровной Кухар-Онышко, писателем, главным хранителем фондов Николаевского краеведческого музея. Самое раннее письмо, датируемое 12 декабря 1790 года, написано Ф. Ушаковым из Севастополя Михаилу Леонтьевичу Фалееву, первому строителю нашего города. Он просит у М. Фалеева какой-нибудь материал для городских строений, а именно: мелкие дощечки, лубья, черепицу и прочее.

 

Решая повседневные хозяйственные вопросы, Ушаков обращается к Фалееву уважительно, в благородной манере: «Зная изящные ваши добродетели и благодеяния, каковые вы беспрерывно в сбережении служителей и разного сорта людей оказывать изволите …».
По совету Его Светлости князя Г.А. Потемкина М. Фалеев неоднократно собирался съездить к Ушакову в Севастополь. Однако большая загруженность делами по возведению города, а также не всегда хорошее самочувствие заставляли его откладывать поездку в Севастополь.

 

Федор Федорович сам впервые отправляется в Николаев в сентябре 1791 года. Накануне его приезда М. Фалеев был обеспокоен его устройством и хлопотал, чтобы обеспечить ему достойную встречу, о чем и просит в письме к Афанасьеву С.И.: «… Вчерашний день имел я честь получить от Его Светлости повеление для приезду Его превосходительства господина контр-адмирала и кавалера Федора Федоровича Ушакова, поставить от Очакова к Бендерам по десяти лошадей, Его превосходительство без сумнения последует через Богоявленск, почему покорнейше прошу вас, Милостивый государь мой, приказать Херсонскому городничему и содержателю почт по Ингулу, чтоб по тракту от Херсона до Богоявленска на всех станциях готовы были по десяти лошадей и никому их не давать.

 

Я по слабости моего здоровья не надеюсь в состоянии приехать в Богояленск… Ежели б благо угодно было ему (Ушакову) обозреть здешний порт и меня почтить посещением за одолжение поставляю».
С дороги Федор Федорович сразу бежал на Адмиралтейство. Здесь строился 90‑пушечный корабль «Святой Павел». Линкор заложили после удлинения стапеля в ноябре 1791 года.

 

Его предшественник – 66‑пушечный «Святой Павел», построенный в Херсоне еще в 1784 году под руководством Ушакова, давно пришел в негодность. На нем капитан-лейтенант Федор Ушаков ходил в Константинополь, а так же между Ливорно и Гибралтаром.
Назначенный в 1776 году командиром корабля, он успешно бил турок на Черном море. Теперь вице-адмирал Ушаков проявлял заботу о новом корабле, который строился в Николаеве. Впоследствии именно 90‑пушечный «Св. Павел», спущенный на воду 9 августа 1794 года, станет его флагманским кораблем в сражениях на Средиземном море.

 

Работа на Николаевском адмиралтействе кипела. Повизгивали пилы, врезаясь в строевой лес, стучали топоры, скрипели телеги, запряженные лошадьми или волами …
Федор Федорович, несмотря на усталость после шестичасового пути из Севастополя, ознакомился с эллингом со стапелями, заглянул во все мастерские – чертёжную, такелажную, столярную, кузнечную… Остался весьма доволен использованием на адмиралтействе каменного угля вместо дорогостоящего древесного, так как кузнечные и котельные работы, требовавшие нагрева железа, стали обходиться дешевле. Изготовление металлических деталей оснастки корабля являлось техническим достижением того времени.

 

19 июня 1794 года  Ф. Ушаков пишет в Николаев Н.С. Мордвинову письмо с просьбой доставить в Севастополь стройматериалы и провиант, а в Николаев – уголь: «Перевоз же в Николаев уголья неможно ли будет сделать, когда суда будут свободны». Ф. Ушакова, как корабельного моряка, интересовало множество вопросов по ходу постройки «Святого Павла»: соотношение главных размеров корабля, его остойчивость и плавучесть, ходкость, поворотливость и т.п.

 

Вице-адмирал, будто строгий инспектор, заглядывал всюду и везде замечал неполадки, недоделки, неточности. Он имел беседу по поводу качества постройки корабля с бригадиром Семеном Афанасьевым. Требовал хорошо просушивать корабельный лес, чтобы в морских походах шпангоуты не рассыпались, кницы и бимсы не лопались – «… ибо когда корабль рассыпаться будет в море, то под ним пучина смертельная, а не подушки пуховые …», – пояснял вице-адмирал.

 

Ф. Ушаков припомнил отличные качества первенца николаевской верфи фрегата «Святого Николая» – участника знаменитого сражения при Калиакрии – и выразил надежду, что «Святой Павел» будет еще лучше.

 

Не сомневался он, так же, в глубоком знании корабельного дела и в прилежности таких местных мастеров, как Александр Семенович Катасонов, Семен Иванович Афанасьев, Александр Петрович Соколов. Последний – подмастерье Александр Соколов – руководил постройкой всех кораблей до 1794 года и умер в Николаеве. Эти замечательные мастера имели опыт создания судов в местных южных портах (Таганрог, Херсон, Николаев), знали местные географические и климатические условия, повадки Черного моря.

 

Особого внимания со стороны Ушакова заслужил в свое время и первый командир «Святого Николая» Михаил Лаврентьевич Львов (1758 г.р.). Пока строился «Св. Николай» Львов почти все время находился в Николаеве. Однако спуск корабля прошел без него. В начале августа 1790 года Ушаков обратился к Потемкину с просьбой прислать Львова в г. Севастополь для замены заболевшего командира фрегата «Святой Георгий». К моменту выхода эскадры в море штатный командир вернулся на фрегат, а Михаила Львова Ф. Ушаков на время похода оставил при себе флаг-офицером. Находясь на борту флагманского корабля «Рождество Христово», Львов участвовал в сражении у Хаджибея (28-29 августа 1790 г.), в котором русская эскадра одержала крупную победу. На следующий день Ушаков отправил Львова с донесением об этом к Г. Потемкину. В рапорте контр-адмирал, в частности, писал: «… Львов безотлучно находился при мне, обозревая движения неприятельские, доносил мне об оных и определяем был от меня к исправлению разных должностей, исправляя оные с отличной храбростью». Кроме мужества, проявленного в боях, Михаил Львов между сражениями руководил достройкой, оснасткой и ремонтом фрегата «Святой Николай», будучи уже его командиром. Благодаря таким специалистам первый корабль николаевской постройки действительно был замечательный. Это подтвердила вся его 12‑летняя боевая служба.

 

Федор Федорович Ушаков высоко ценил работу первых николаевских кораблестроителей. В рапорте Г.А. Потемкину от 19 февраля 1791 года он писал: «По сходству повеления Вашей Светлости в проезде моем через Николаев осматривал я строящиеся там корабль, фрегаты и легкие суда и донесть честь имею, что оные по замечанию моему будут весьма хороши, работы производятся с лучшим успехом во всяком порядке. С отменным же удовольствием видел во всех частях порядок и успехи в заведениях сего нового места, равно и в Богоявленске».

 

Даже при такой лестной оценке работы верфи Ф.Ф. Ушаков, осматривая Николаевское адмиралтейство зимой 1793 года, был требователен и строг. Сурово и резко в разговоре с С. Афанасьевым критиковал проект А.С. Катасонова на постройку корабля «Захарий и Елисавета». «Добро на проект не дал, а корабль назвал не мореходным сооружением, а гробом для моряков», – как пишет в своем историческом повествовании «Флотовождь» Валерий Ганичев.

 

Покидая адмиралтейство, Федор Федорович окинул взором зимний неприютный пейзаж. Он навевал романтическое чувство простора южной украинской природы. Противоположный от адмиралтейства берег реки, поросший у воды камышом, почти сплошь засажен дубами. Зачинатели николаевского кораблестроения пытались разрешить проблему леса насаждением в Николаеве и окрест-ностях дубовых и сосновых саженцев, полагая, что таким путем можно обеспечить со временем колоссальную потребность в корабельном лесе. Узкая река Ингул, через которую уже в 1793 году был протянут наплавной мост, сливалась за «стрелкой» (небольшой косой) с широким Южным Бугом. На высоком берегу Ингула просматривались строгие по архитектуре городские здания: Соборная церковь во имя Св. Григория Великия Армении, здание Магистрата, деревянный двухэтажный «Молдаванский дом», павильон Каменных лавок. Немного дальше едва проглядывался дворец с куполом – это дом Главного командира Черноморского флота, где поселился со своей огромной семьей вице-адмирал Н.С. Мордвинов. К нему по приглашению и отправился Федор Федорович.

 

Дом находился на прямой широкой Главной улице, которая протянулась вдоль Ингульского берега. Здание начали строить в 1792 году для Н.С. Мордвинова, занимавшего должность председателя Черноморского адмиралтейского правления. Причиной его возведения являлся предстоящий переезд вице-адмирала в Николаев, обусловленный переводом Черноморского адмиралтейского правления из Херсона в Николаев (на основании Указа Екатерины ІІ).

 

С фасадной стороны здание украшал восьмиколонный портик. Дом, построенный из дерева, стоял на высоком каменном цоколе. Вход осуществлялся со стороны двора через два крыльца с крытыми подъездами, а въезд в дом-усадьбу был с уличной стороны. Экипажи подъезжали к одному из крылец, обращенных во двор. Комнаты располагались анфиладой, часть помещений использовалась для жилья.

 

Дом Мордвинова стал центром общественной жизни в городе. Здесь собирался весь бомонд. Раз в неделю устраивались балы, были маскарады, кавалькады и другие увеселительные мероприятия для благородного общества. За таким времяпрепровождением, очевидно, и застал Ушаков семейство Мордвиновых, а так же их гостей. Среди них офицеры с женами, корабельные мастера, помещики, местные купцы, французские эмигранты, преподаватели морского николаевского корпуса. Хозяин ознакомил Федора Федоровича со своей замечательной библиотекой. На полках в шкафах красного дерева стояли тома Сумарокова, Ломоносова, Фонвизина, а также иноземных авторов: Жан-Жака Руссо, Адама Смита, Эразма Роттердамского, Голдсмита и др. Это были книги философского и экономического свойств. А Ушакова интересовали книги по мореходному делу и кораблестроению. Разговор с Мордвиновым по делам морского ведомства все же состоялся: Федор Федорович высказал свое неодобрение в адрес проекта А. Катасонова. В этот же вечер вице-адмирал покинул пронизанный степным ветром Николаев …

 

У дома председательствующего Черноморским адмиралтейским правлением остались стоять кареты, кибитки, закрытые возки, на которых прибыли гости из Богоявленска, Спасского и даже из Херсона и Очакова.
Вслед Ушакову неслись милые звуки полонеза, входившего в моду …

 

В пути Ф. Ушаков продолжал обдумывать будущее Черноморского флота. В который раз прокручивал в мыслях конструкции новых 74‑пушечных линейных кораблей «Святой Петр» и «Захарий и Елисавета», спроектированных А.С. Катасоновым. Война 1787-1791 гг. выявила ряд существенных недостатков. Построенные большей частью из сырого леса, скрепленные гвоздями и деревянными нагелями (нагель – металлический стержень с рукояткой) корпуса имели недостаточную прочность: на качке доски обшивки в ряде случаев расходились и образовывались течи. Федор Федорович продумывал полезные мероприятия по улучшению качества судов. Не давала так же покоя международная обстановка, о которой в доме Мордвинова во время карточной игры говорили особенно неохотно. Латинская фраза римского мыслителя Корнелия «Хочешь мира – готовься к войне» вновь всплыла в памяти вице-адмирала.

 

20 июня 1794 года Ф. Ушаков просит у Н. Мордвинова разрешение прибыть в Николаев для обсуждения вопросов в случае войны с Турцией: «Проезд мой я надеюсь взад и вперед не более может быть как в шесть дней и засим здесь ни в чем остановки никакой не будет». Кроме этого, он сообщает, что отправил из Севастополя в Николаев для нужд города и адмиралтейства порцелана (мрамора) и 20 тысяч кирпичей. Ф. Ушаков постоянно проявлял заботу о нуждах Николаевского адмиралтейства.

 

В период отсутствия вице-адмирала Н.С. Мордвинова его обязанности исполнял Ф. Ушаков. Он должен был рапортовать лично Его императорскому величеству Павлу І о состоянии Черноморского флота и о готовности кораблей к военной кампании. В рапорте в Адмиралтейств‑коллегию от 19 февраля 1797 года Ушаков сообщает, что к весне будут готовы 6 кораблей и 9 линейных фрегатов и просит прощения, что он, «будучи совершенно одержан болезнью, по сие время не мог еще из Севастополя отправиться в Николаев …».

 

В этом же феврале по заданию императора Павла І в Николаев прибыл контр-адмирал П.К. Карцов для инспекции Черноморских портов. Из донесений Карцова о Николаеве узнаем следующее: «В Николаевском порту гаванных строений никаких нет. Верфь имеет два стапеля, на коих строены были корабли. А ныне на одном заложено большого размера транспортное судно, но за не доставлением из Херсона по водяной коммуникации в прошедшем лете дубовых лесов работа на нем не производится …».

 

В марте 1797 года Ф. Ушаков вновь побывал в Николаеве с кратким визитом. 1 марта он посетил Херсонское адмиралтейство, а на следующий день прибыл в Николаев для исполнения обязанностей председателя Черноморского адмиралтейского правления на время отсутствия Н.С. Мордвинова. В короткий срок, ознакомившись с положением дел, он докладывал в Петербург в Адмиралтейств‑коллегию:

 

«При казначействе денежной казны разных сумм по оное 3 число состояло 21 750 рублей, и хотя по краткости времени во все хозяйственное сведение войтить не мог, но, осматривая херсонские и николаевские магазины, следующих к исправному вооружению и снабжению корабельного флота в потребностях видится весьма заметный недостаток». Вице-адмирал Ушаков не только констатировал факт недостатка средств, но и внес на рассмотрение Правления конкретные предложения для исправления ситуации. Однако 5‑го марта в Николаев вернулся председательствующий Н.С. Мордвинов и Ф. Ушаков был возвращен в Севастополь на прежнее место службы. Такое состояние дел вполне объяснимо. После смерти энергичного и неравнодушного М.Л. Фалеева городская жизнь в Николаеве постепенно стала затихать. Первый главный командир Черноморского флота Н.С. Мордвинов не торопил события, больше проявлял заботы о своей многочисленной семье, чем о городе и кораблях. Прибывший еще в 1794 году в Николаев «кабинетный адмирал» не заботился о финансировании новых объектов для города, а считал, что правительство обязано дать средства. А оно не давало. Администратор города Мордвинов не проявлял особых забот и о развитии кораблестроения. На адмиралтействе достраивали суда, заложенные еще при князе Г.А. Потёмкине. Не удивительно, что предложения, подданные Ф. Ушаковым, остались без внимания. Канцлер А.А. Безбородко написал о деятельности Мордвинова нелестный отзыв: «Хваленный ваш Мордвинов более свои дела делает». Федор Федорович Ушаков опять столкнулся в Николаеве с равнодушием Мордвинова к морскому делу.

 

Ольга ВАССЕЛЬ
НА СНИМКЕ: на праздновании юбилея.
Фото Александры Шумиловой

 

Сообщение:

*

НОВОСТИ