Дело былов Варюшино

Новости, Общество

  23 Июл , 2011

Из-за школьного конфликта, возникшего между учителем истории Татьяной Кретович и родственниками десятиклассницы, инвалида третьей группы Александры Федоренко, а также создавшегося морально-психологического климата в классе учебу девочке пришлось заканчивать в соседнем селе, расположенном за 15 километров от ее дома. Туда ее ежедневно возил дедушка.

Почти два года длились судебные разбирательства между учителем истории Варюшинской общеобразовательной школы 30-летней Татьяной Кретович и 68-летней бабушкой одной из бывших учениц школы Александры Федоренко, девочка – инвалид 3-й группы по сердечному заболеванию. Учитель подала иск в местный суд и обвиняла пенсионерку Марию Ивановну Федоренко в том, что якобы в результате устроенного в стенах школы скандала потеряла здоровье: с ней случился инсульт. «Принципиальный» педагог требовала, чтобы пенсионерка возместила расходы на ее лечение в размере 4481 гривны 90 копеек и моральный ущерб – 10 тысяч гривен.

КАК  ВСЕ  НАЧАЛОСЬ

Выпускнице Александре Федоренко трудно дать девятнадцать лет. Немногословная, щупленькая на вид симпатичная девчушка при виде журналистов смутилась. Чувствовалось, надоели ей вопросы от проверяющих районных и областных чиновников относительно того злополучного дня 11 февраля 2009 года.

– В тот день я сдала домашнюю работу на проверку учителю истории Татьяне Николаевне, – рассказывает Александра. – Учитывая, что мне тяжело дается этот предмет, помочь попросила папу, и он согласился. И когда учитель сказала, что якобы я списала все с книжки, мне стало обидно, я призналась, что работала над заданием с папой и вовсе не списывала с учебника. Но учитель с сарказмом сообщила мне, что на экзаменах, мол, папы не будет и работа заслуживает единицы. Она также сказала, что я не буду аттестована по этому предмету. Все это происходило в присутствии моих одноклассников, которые надо мной посмеивались. Я дождалась окончания занятий, прибежала домой и, не сдержав слезы, обо всем рассказала маме и бабушке.

– Видели бы вы, какая она прибежала тогда со школы, – включается в разговор бабушка Мария Ивановна, – бледная, встревоженная, вся в слезах. Сбивчиво пояснила, что Татьяна Николаевна обвинила ее в том, что она якобы не справилась с домашней работой, и поэтому ее не аттестуют за 10 класс. Учитывая, что школа находится с нашим домом рядом, я сразу же направилась туда, чтобы разобраться в случившемся. Со мной вместе пошла и невестка Светлана, мама Александры. Учителя истории мы сразу не смогли найти, поэтому директор школы Светлана Викторовна пригласила нас в свой кабинет. Туда же она пригласила классного руководителя Лесю Викторовну и учителя истории Татьяну Николаевну. Мы пытались объяснить педагогам, в каком состоянии девочка прибежала из школы, напомнили им о том, что она инвалид, и попросили дать ей возможность закончить школу. Ведь Александра – не простой ребенок, у нее был врожденный порок сердца, в два годика в институте сердечно-сосудистой хирургии имени Николая Амосова ей была сделана сложная операция по ушиванию дефекта межжелудочковой перегородки, длительное время восстанавливались речевые функции. То, что для обычного ребенка просто усвоить, для нее было трудно. Сами понимаете, это наша боль на всю жизнь. Девочка же проучилась в этой школе почти десять лет, и все преподаватели знали о состоянии здоровья нашей Саши и относились к ней с пониманием.

ЗАКАНЧИВАТЬ  УЧЕБУ  АЛЕКСАНДРЕ  ПРИШЛОСЬ  В  СОСЕДНЕМ  СЕЛЕ

На следующий день после разговора на повышенных тонах в кабинете у директора Татьяна Кретович, ссылаясь на плохое самочувствие, не появилась в школе. Как свидетельствуют документы, первый больничный лист с диагнозом остеохондроз пояснично-крестцового отдела позвоночника ей был выдан 16 февраля, то есть через 5 дней после инцидента в кабинете директора. Не вышла она на работу и после. 11 марта 2009 года у больной произошел инсульт с расстройством моторики. После проведенного курса лечения она выходит на работу, чуть позже оформляет инвалидность 3-й группы. Потерю своего здоровья Татьяна Кретович связывала с неприятным разговором на повышенных тонах с пенсионеркой Марией Ивановной Федоренко 11 февраля 2009 года. В ноябре она подает исковое заявление в местный суд, в котором требует с пенсионерки не только возместить ей стоимость лечения в сумме 4481 грн. 90 коп., но и моральный ущерб в размере 10 тысяч гривен.

– Она сделала меня инвалидом, – с возмущением говорила журналистам Татьяна Николаевна о пенсионерке, – и я намерена идти до конца, чего бы это мне ни стоило.
Что касается девочки, то она, посетив еще несколько дней занятия в школе, тоже заболела.

– В школе создался нездоровый морально-психологический климат, что очень негативно отразилось на здоровье Саши, ей пришлось пройти двухмесячный курс лечения по сердечному заболеванию, – объясняет мама Светлана Борисовна, – после чего она снова возобновила занятия в школе. Мы видели, какой расстроенной девочка приходила из школы, старались подбодрить ее, но Саша плакала и говорила, что одноклассники насмехаются над ней, а учителя не делают им замечаний. Она стала комплексовать. А однажды пришла и показывает: на школьной сумке кто-то написал пастой неприличное слово. Чуть позже к нам домой пришла завуч школы и принесла деньги за испорченную сумку. Александра не смогла себя перебороть и продолжать учебу в этой школе, пришлось по бездорожью ее возить в соседнюю Покровскую школу, расположенную за 15 километров от нашего дома. Там ей очень нравилось. Да и оценки по предметам были намного выше.

– Честно говоря, эта девочка не блещет знаниями, но у нее есть стремление учиться, она старательна, аккуратна, очень скромная, – рассказывает директор Покровской школы Тамара Петровна Жукова, – у нас никаких претензий к Александре не было.

Тепло о бывшей ученице отзывается и директор Варюшинской школы Светлана Иванченко:
– Девочка не скандальная, но вела она себя как-то замкнуто, ни с кем из детей не дружила.

Как бы там ни было, а Александра успешно окончила общеобразовательную школу. Правда, на «последнем звонке», как рассказал ее дедушка Александр Аврамович, внучка стояла рядом со своими новыми одноклассниками и плакала.

ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ  СОЛИДАРНОСТЬ?

Следует отметить, что иск, поданный Татьяной Кретович в ноябре 2009 года, судья Веселиновского суда А. Тустановский оставил без рассмотрения: истец без уважительных причин не приходил на судебное заседание. Как позже оказалось, причины были уважительные – заметены дороги, и 19 марта 2009 года Татьяна Кретович снова подает иск с тем же текстом.

Основным «козырем» искового заявления является акт судмедэкспертизы, где на поставленный эксперту вопрос «Определить степень тяжести телесных повреждений» записано, что между событиями февраля 2009 года и нарушением мозгового кровообращения имеется прямая причинно-следственная связь. Что характерно, на момент проведения экспертизы – 3 июля 2009 года, появляется акт, подписанный директором Варюшинской школы о том, что «11.02.09 р. гр. Федоренко М.І. безпідставно вчинила сварку в приміщенні школи… Внаслідок сварки Кретович Т.М. стало зле, погіршився стан здоров’я…». Заметьте, этот документ датирован 12.09.09, когда Татьяна Кретович даже не показывалась медикам (!?). И еще, как могли подписать акт те люди, которые даже не присутствовали тогда при разговоре в кабинете директора школы? К тому же в акте «хулиганом» фигурировала только бабушка ученицы, о том, что там присутствовала и мама – ни слова. Забыли что ли?

Тем не менее этот акт сыграл решающую роль для эксперта – есть причинно-следственная связь с болезнью. А никто и не отрицает, что любая ссора несет за собой какое-то расстройство здоровья. Но ведь нельзя на этом спекулировать, как в данной ситуации. Чуть позже, а точнее через год, судом первой инстанции будет затребована новая судмедэкспертиза и после ее проведения окажется, что причинно-следственная связь таки отсутствует.

СУД  ДА  ДЕЛО

Иск учителя рассматривал Веселиновский районный суд. Всесторонне изучив все обстоятельства дела, местная Фемида отказала ей в удовлетворении иска. Проиграла педагог и областной суд, куда она направила свою апелляцию.

– Вы бы слышали, какую грязь она на меня вылила в зале суда, – жалуется Мария Ивановна, – а ведь я тоже сердечница, у меня хроническая стенокардия. Выходит, и мне нужно в суд подавать за оскорбление. Ну, Бог ей судья!

Судебные тяжбы, конечно же, за два года изрядно подпортили здоровье не только девочке-инвалиду, но и ее бабушке Марии. Но все уже позади: суд поставил последнюю точку.
Тем не менее, во всей этой истории удивляет и настораживает позиция районного и областного управления образования. Они, как ни странно, ассоциировали себя со сторонними наблюдателями и терпеливо ждали решения суда.

– Ведь не администрация школы подала иск в суд, а учитель в частном порядке судится с пожилой женщиной, – в телефонном режиме сообщила журналисту представитель областного управления образования Анна Ильяшенко. Мол, пусть сами разбираются…

Вот и разобрались! Ну а если рассудить по сути, то этот межличностный спор не должен был дойти до суда. Педагоги обязаны были вовремя его погасить, а не усугублять ситуацию. Учитель истории Татьяна Кретович изначально не имела морального права критиковать ученицу – девочку-инвалида, да еще в присутствии одноклассников. Ведь педагог на то и педагог, что он должен быть мудрым и тактичным, уважать своего ученика как личность, особенно того, кому учеба дается с трудом. В принципе, если бы Татьяна Кретович не нарушила учительскую этику, то и оскорбления от бабушки она бы не услышала. А возникший спор с пожилой женщиной, согласитесь, – это только отголосок того, что произошло между учителем и ученицей в тот злополучный день. Пострадали обе – и учитель, и ученица. И последняя, заметьте, не требует от учителя компенсации за потраченные деньги на свое лечение. А стоило бы!

Татьяна ФАБРИКОВА

Комментарии:

  1. Елена:

    Жаль, уважаемый автор, что вы не удосужились пообщаться с жителями с.Ясная Поляна, чтобы узнать, что из себя представляет бабушка. Выехала семья в Варюшино – все перекрестились. Более склочной и скандальной особи я не встречала… Поэтому вы не можете поверить в то, что она умеет скандалить “помпезно”. Вы не видели никогда, как она разрывала на куски маленьких соседских цыплят на глазах у соседей за то, что они зашли в ее двор… И не знаете, как она перекручивает факты, пишет “честные” доносы.

    Ах да, вам интересно, почему не упоминалось о маме Саши. Уверенна, что она и не говорила ничего – в семье Федоренко годами “правила” бабушка, а мама Саши неоднократно уходила из дому, поскольку выдержать домашнюю обстановку не могла…

    Почему бы вам не узнать, почему Саша ушла из Новоандреевской школы, ведь тогда тоже учительницу мл.классов обвиняли в смертном грехе… Каждое слово попросту перекручивается, как и то замечание, из которого все и пошло.

    Я против журналистов, которые под давлением семьи, их бесконечными обращениями пишут подобные материалы. Сплошной негатив. Слава богу, что местные люди вам не поверят, чего не могу сказать о всей стране.

  2. Аноним:

    Имя

    Email (не бу

  3. татьяна:

    в этой ситуации к сожалению не проявилась МУДРОСТЬ ПЕДАГОГА!

  4. татьяна:

    вытекает логичный вопрос-МОГУТ ЛИ такие педагоги НАУЧИТЬ поколение МИЛОСЕРДИЮ И ДОБРУ?

Сообщение:

*

НОВОСТИ