Губительная «забота»

Новости, Общество

  6 Авг , 2011

Служба по делам детей Заводского района подала в суд иск об отобрании у Бесценной Аллы Николаевны ее 15-летней дочери Арины. Работники службы считают, что других способов «воздействовать» на мать, которая не позволяет дочери посещать школу, у них не осталось. Но будет ли лучше для ребенка, если суд, не дай Бог, согласится с этим решением?

ПРОПУЩЕННЫЕ  ЗАНЯТИЯ

Основанием для иска стало обращение в районную службу по делам детей директора Кировской средней школы Зои Васильевны Стасюк. Арина училась там прошедший учебный год. Впрочем, сказать, что училась, будет неверным. В сентябре и октябре Арина еще присутствовала на занятиях, но уже с ноября в школе она не появлялась совсем. Говорить о каких-либо знаниях Арины, а тем более об аттестации по итогам года, конечно, не приходится.

Все попытки учителей урегулировать ситуацию не привели к успеху. Несколько раз Зоя Васильевна с коллегами приходила домой к Бесценным, но на стук из дома никто не выходил, наоборот, хозяева спускали собак с привязи, а сами прятались в доме. Не откликалась Алла Николаевна и на приглашения директора школы прийти на педсовет.
Неудивительно, что в школе начали бить тревогу.

– Мое дело – учить детей, и я обязана сделать так, чтобы девочка ходила на уроки, – говорит Зоя Васильевна Стасюк. – Арина не получает необходимых знаний, а это нарушает ее законные права на получение образования. Мы держим в поле зрения всех детей, которые у нас учатся, по крайней мере, до 18 лет. Согласитесь, если я как директор ничего не знаю о том, где месяцами находится моя ученица и чем занимается, я вынуждена что-то предпринимать. В конце концов от меня тоже требуют, чтобы все дети посещали занятия.

Зоя Васильевна пояснила, что если Арина ходит в другую школу, то об этом должен быть документ. Такой справки Алла Бесценная не приносила. Наоборот, она всячески избегает общения с директором, а если им и удавалось встретиться, то всячески хитрила, что-то скрывала, недоговаривала, порой срывалась на крик. На предложение составить индивидуальный график занятий для Арины или сдать экзамены экстерном Алла Бесценная никак не реагировала.

РЕШЕНО:  РЕБЕНКА  ОТОБРАТЬ!

Для принятия мер директор школы обратилась в службу по делам детей Заводской райгосадминистрации, а из ее недр, не сразу, а тоже после нескольких неудавшихся попыток поговорить с матерью и ознакомиться с условиями проживания девочки, появился иск в суд об отобрании прав на ребенка.

Главный специалист службы по делам детей Заводской районной администрации Светлана Мозоль утверждает, что все меры воздействия на «нерадивую» мать служба исчерпала. Заметьте, ни разу не поговорив с Аллой Бесценной, сотрудники считают, что мать «не заботится о состоянии здоровья дочери, ее физическом, духовном и моральном развитии». К тому же, по их мнению, девочка «проживает с психически неуравновешенной бабушкой». Лучшим выходом в службе посчитали потребовать от суда «отобрать Арину у матери и передать ее службе по делам детей для дальнейшего устройства», а с матери взыскивать алименты на содержание дочери в интернате.

А  ЕСТЬ  ЛИ  БОЛЕЗНЬ?

То, что Арина не ходит в школу, Алла Бесценная объясняет тяжелым сердечным заболеванием дочери. По ее словам, Арина подолгу лежит в разных больницах – в Николаеве, Одессе, Севастополе, а состояние девочки такое, что ни нагружать, ни беспокоить ее лишний раз нельзя. В то же время медицинские справки предъявить не спешит.

В Николаевской областной детской больнице сказали, что Арина не находится у них на учете. Областной детский кардиолог Марьяна Иосифовна Макарова общалась с Ариной и ее мамой, хорошо их помнит.
– Заболевание Арины – не порок сердца, а определенная аномалия развития, поясняет Марьяна Иосифовна. – Это даже нельзя назвать болезнью. Скажу, что мой сын с таким же диагнозом учится в школе и занимается спортом. Арина не нуждается в постановке на учет, как требует ее мама, а тем более – в длительном нахождении в стационаре. Я говорила об этом Алле Николаевне. Посоветовала им раз в год проходить у нас обследование, если будет наблюдаться нарушение сердечного ритма.

СТРАХ  ПЕРЕД…  ЖИЗНЬЮ

Впрочем, болезнь Арины, похоже, является не единственной причиной того, что девочка не посещает школу. Возможно, есть еще одна причина – страх Аллы Николаевны за свою дочь. Недаром учителя замечали за женщиной две крайности: или она водила Арину в школу буквально за руку и дожидалась окончания занятий, или девочка в школе вообще не появлялась. Алла Николаевна панически боится за дочь и утверждает, что девочку хочет отобрать служба по делам детей. Больше того, считает она, затем соседка сживет со свету ее саму и старенькую мать, с которой она живет в частном доме, а дом с участком земли заберет.

На первый взгляд, эта мысль может показаться бредом, но разве мало в нашей жизни уже осуществленных жутких сценариев? Подобный вариант развития событий не исключает и адвокат Аллы Бесценной.
Есть ли для этого основания? Сказать трудно. Но в мае нынешнего года на одном из сайтов появилась информация, в которой о таком возможном ходе событий говорится прямо, с указанием конкретного имени потенциального «обидчика» Аллы Бесценной, адресов и других подробностей. Не страшно ли? Тем более, что семья Бесценных действительно не ладит с соседями, между ними не раз случались стычки и скандалы, существует множество претензий друг к другу.

Не так давно рядом с семьей Бесценных появился Антон Половенко – активный участник всеукраинской организации «Родительский комитет», которая защищает детей от различных негативных влияний, происходящих в обществе.

«Возможно, здесь происходит обкатка определенных методов ювенальной юстиции, которая внедряется сейчас в нашей стране, – считает Антон Половенко. – Что такое ювенальная юстиция? Согласно ей, ребенок объявляется собственностью государства, а не семьи. Права ребенка ставятся как бы на первое место, и этими правами занимаются, в первую очередь, посторонние люди, а не родители. Посторонние люди заметили, что в семье кто-то крикнул или ребенку не понравилось, как мать ему что-то сказала. Он пошел в ювенальный суд, написал заявление. На основании таких заявлений могут возбудить дело о лишении родительских прав и забрать ребенка в детский дом, даже из нормальных благополучных семей!

Думаю, то, что происходит с семьей Бесценных, возможно, это попытка опекунской службы получить для себя определенные рычаги влияния, с помощью которых затем вполне реально завладеть ее имуществом. Допустим, ребенок попадает в интернат, с матерью может что-то «произойти», например, сбить машина. С беспомощной бабушкой тоже что-то «случается». Арине назначают опекуна, а он по закону управляет всеми имущественными правами ребенка. Дальше – все ясно».

БУДЕТ  ЛИ  ЛУЧШЕ  В  ИНТЕРНАТЕ?

Может показаться, что активист «Родительского комитета» сгущает краски, рисует слишком мрачную картину. Но, согласитесь, и то, какими методами действует служба по делам детей, вызывает, по крайней мере, недоумение и заставляет засомневаться: а действительно ли здесь на первом месте стоит забота о ребенке и его законных интересах?

Неужели девочке, которой в октябре исполнится 16 лет, будет лучше вне семьи, в интернате, где, по словам адвоката Аллы Бесценной, «все живут, как в коммуне, курят, пьют и имеют немалый сексуальный опыт»? Неужели в службе полагают, что оторванность от близких людей, какими бы они ни были, а еще непривычная обстановка, в которой наверняка не домашние отношения, а довольно жестокие нравы, поможет Арине хорошо учиться и чувствовать себя в безопасности? Ведь даже не специалисту понятно, что такая перемена и во взрослом человеке вызовет резкий перелом или шок, нанесет тяжелую моральную травму – как это может быть лучше для молодой девушки? А что говорить о матери и бабушке, которые могут лишиться своей любимицы и единственной надежды? Кому нужна такая «забота», которая не только разрушает семью, но и губит душу ребенка?

Если бы хоть на минуту чиновники службы по делам детей поставили бы себя на место Арины, думаю, им бы не захотелось такого «улучшения» своей жизни. Девочка вполне довольна своей жизнью и не желает покидать семью. Совершенно явно, ни особым тактом, ни истинной заботой о ребенке, ни разумным подходом в данной ситуации работники службы по делам детей не отличились, доведя дело до суда и настаивая на своем предложении. Да, мать не идет на контакт, значит, надо искать к ней другие подходы, проявить такт, терпение, развеять ее страхи и опасения, в конце концов помочь найти ей работу, а разве есть на это желание у чиновника? Но ведь служба по делам детей предназначена для того, чтобы работать с людьми, с проблемными семьями, раньше таких специалистов называли «инженерами человеческих душ». Но в данной ситуации никто в службе по-настоящему не интересовался: почему Алла Николаевна не хочет, чтобы Арина ходила в школу?

Есть одна маленькая, но очень показательная деталь. В иске службы по делам детей дата рождения Аллы Николаевны указана с ошибкой: другой день и на 18 лет раньше. В любом случае это говорит, как минимум, о невнимании к личности матери, если не о каком-то недобром намерении. Но есть ли это внимание к другим обстоятельствам всей этой истории? Получается, что судьба ребенка и всей семьи решается чиновниками, которые просто не вникают в детали.

Зато в службе по делам детей подсуетились с изготовлением свидетельства о рождении Арины (повторного, так как оригинал хранится у Аллы Николаевны) и причем сразу с двумя именами – Арина (Ирина). Матери же сказали, что делается это «для вывоза ребенка»(?).

Кто или что стоит за решением службы по делам детей, можно только догадываться. Во всяком случае, забрать девочку из семьи – никак не выглядит разумным и гуманным решением. Семье оно не принесет никакого облегчения, а, наоборот, усугубит все существующие проблемы для каждого из ее членов. И этого не могут не понимать сотрудники службы по делам детей. Но ясно и то, что до суда дело можно было не доводить самой Алле Бесценной: не заострять отношения со школой. Вместо этого она замкнулась в себе, избегает всяческих контактов с педагогами, соседями, со службой по делам детей и ищет поддержки со стороны – от активистов-общественников и журналистов. Ее позиция напоминает страусиную: от страха голова в песке, а что там, на поверхности…

Между тем есть простой способ разрешить этот конфликт – Арине начать ходить в школу. И Алла Николаевна должна с этим просто согласиться, а не искать для дочери оправданий. Девочке совсем скоро выходить в жизнь, ей нужны знания и умение общаться со сверстниками. Сидя дома, всего этого она лишена. С начала нового учебного года Арина придет на занятия, начнет заниматься по индивидуальному графику, сдаст долги. И тогда все претензии учителей и сотрудников службы по делам детей отпадут сами собой.

Татьяна ФИЛИППОВА

Сообщение:

*

НОВОСТИ