Любовь, которая до гроба

Культура, Новости

  14 Июн , 2012

Последний бой – он трудный самый. Так утверждается в известной песне. Не знаю, как проходили репетиции и творческие муки творцов финальной в этом сезоне премьеры Русского драматического, но то, что более двух часов действа пролетели незаметно, легко и захватывающе, – факт несомненный.

Итак, задолго до 7 июня афиши бывшего театра имени Чкалова зазывали николаевских поклонников Мельпомены на очередную премьеру сезона. «Это была не пятая, а девятая… Любовь до гроба» – уже само название спектакля наталкивало на определенные размышления. Дебютных постановок в этом театральном, 78-м по счету, сезоне хватало. И по-моему сугубо субъективному мнению, завершающий аккорд получился не просто мажорным, но и самым звонким. Причем даже не в смысле персоналий «труппы» главных постановщиков комедии-сарказма – режиссера Николая Кравченко (он же – художественный руководитель театра, он же – заслуженный деятель искусств сразу двух стран, к тому же – депутат областного совета), хореографа из Южной Пальмиры Ирины Глушаковой, художника-постановщика киевлянина Николая Костюшко – а и в самой необычности происходящего на сцене. Впервые довелось увидеть в качестве главного антуража сцены самый настоящий автомобиль (и пусть скептики говорят, что это не транспортное средство, зарегистрированное в МРЭО). Да и «музыкально-хореографические паузы» в исполнении молодых артистов смотрелись вполне модернистски и органично в контексте основной канвы сюжетной линии.

Что до фабулы, то она… Итальянский драматург Альдо Николаи, конечно же, человек вполне западный. Но мысли, чувства и переживания его главных героев вполне понятны и украинскому зрителю. Типичный любовный треугольник, в который угодили фабрикант Марио, его законная супруга Ева и плей-бой Бруно, своими острыми углами задел и проблему одиночества современного гомо сапиенса, и тему женского «собственничества» (или принадлежишь мне, или… «любовь до гроба»), и вопрос мужской дружбы и солидарности. Вполне обыденное желание погреться на солнышке преуспевающего переводчика вскоре – ох уж эти превратности судьбы-злодейки! – приводят его и на скамью подсудимых, и в сумасшедший дом, и, конечно же, в объятия любимой женщины.

А настолько ли любимой, ведь, может быть, есть и большие ценности в этой жизни? Ответы на этот и многие другие вопросы зритель получит во время блестящего театрального перфоманса. В котором, помимо несомненно мастерской и профессиональной руки и мысли режиссерско-постановочной группы, изысканных хореографических этюдов, нашлось место и актерским находкам. Евгений Олейник и Екатерина Кушикова уже давно покорили николаевского зрителя. А вот актерский талант Руслана Коваля только раскрывается яркими самобытными гранями. И то, что вопреки театральной афише Руслан за короткий репетиционный период перевоплотился из респектабельного и несколько приевшегося жизнью Марио в романтического и задорного Бруно, – лишнее тому подтверждение.

Как и полагается, во время закрытия театрального сезона теплые слова благодарности были сказаны в адрес творческих, и не только, сил театра со стороны благодарных зрителей. Среди них – начальник областного управления культуры Светлана Гладун и лидер профсоюзной организации работников культуры Любовь Назарова. А настоящим сюрпризом для собравшихся в храме Мельпомены и, похоже, для самого Николая Антоновича Кравченко стало его посвящение в почетные профессора новосозданной кафедры гуманизации одного из факультетов Николаевского университета кораблестроения. Мантия вполне органично смотрелась на мэтре театрального Николаева, который, в свою очередь, отметил: «Спектакль посвящается тем женщинам, которые принимали участие в моей судьбе».

Итак, прощай, 78-й сезон Николаевского академического художественного русского драматического театра! Теперь с нетерпением ждем открытия очередного творческого года. Ведь, перефразируя название премьеры, театр – это любовь до гроба.

Андрей ТЮРИН
Фото Игоря КИРЬЯКА

Комментарии:

  1. Оксана:

    Сначала я бы посоветовала этому любкину-тюпкину выучить русский язык, а потом приниматься за писание рецензий. Что это за выражение “дебютные постановки”? Возможно автор имел ввиду “премьерные”? Что означает фраза “мое субъективное мнение”, а что у автора есть еще и “мое объективное мнение”? Автор изобрел неологизм “труппа постановщиков”. На самом деле, слово “труппа” означает “коллектив актеров”. Что значит, “музыкально-хореографическиее паузы смотрелись вполне модернистски”? А без “модернизма” никак?
    Как это можно сказать “приевшийся жизнью”? Кто кого “приел”? Заметка изобилует стилистическими, синтаксическими и орфографическими ошибками.
    И успокою господина Тюрина, любого человека, сколько-нибудь разбирающегося в театральном искусстве покоробит от автомобиля на сцене. А человека с чувством собственного достоинства – от коленнопреклоненных актеров. Вопрос к редактору, как такое можно печатать?

Сообщение:

*

НОВОСТИ