Как офицер-афганец с заводом судился

17 июня судья Корабельного суда Валентина Цыганок огласила свое практически сенсационное решение. В трудовом споре между работником НГЗ Валерием Пихой и Николаевским глиноземным заводом судья стала на сторону работника и удовлетворила его иск к работодателю. А именно: приказ руководства завода, по которому Валерий Пиха переводился на другую должность, был признан судом НЕЗАКОННЫМ.

Исходя из этого, суд признал право истца – Валерия Пихи – на материальную и моральную компенсацию понесенного ущерба, размеры которой определил своим решением. Что правда, моральная компенсация была гораздо меньше той суммы, которую просил назначить истец.

Производственная травма с несмертельным исходом

А началась эта история еще в 2004 году. Тогда Валерий Пиха, проработавший на то время уже три года на предприятии, получил производственную травму: упал с машины и сломал пяточную кость.

Валерий Петрович говорит, что тогда ему завод не оплатил лечение. Более того, пострадавшего за нарушение мер безопасности еще и наказали, лишив премии.

Спустя время сломанная кость срослась, но еще целый год мужчина хромал на травмированную ногу. Позже и это прошло, но несколько раз в год травма давала о себе знать: поврежденная пятка становилась, как ватная. В эти мгновения Валерий Петрович мог ходить с трудом, так как нога отнималась. Мужчина думал, что это обстоятельство никак не повлияет на его дальнейшую жизнь, но он жестоко ошибся.

28 февраля 2012 года Валерий Петрович получил вторую травму, которая стала следствием первой. Произошло это утром, когда он по служебной надобности приехал в НИЭКЦ (научно-исследовательский экспертно-криминалистический центр МВД Украины) за накладными. Выйдя из машины, Пиха сделал всего несколько шагов, как почувствовал, что нога немеет, и тут же упал.

При падении мужчина ударился бедром о бетонный угол. Самостоятельно подняться на ноги уже не мог – помог ему прохожий, который посадил в свою машину и предложил отвезти в больницу. Валерий Пиха согласился, но по дороге передумал ехать в медучреждение и попросил завезти его домой.

Тогда Валерий Петрович подумал, что ничего страшного не случилось, поэтому лучшее в подобном случае лечение – оставить ногу в покое. Позвонив на работу и сообщив о происшествии, Пиха остался выздоравливать.

Но лучше мужчине не становилось. И на второй, и на третий день нога болела, а ходить без костылей он вообще не мог. Пришлось ехать в 3-ю городскую больницу, где после медобследования врачи поставили неутешительный диагноз: перелом шейки бедра.

Учитывая, что Валерий Пиха получил травму в рабочее время, выполняя свои обязанности, травма по всем документам попадала в разряд производственных. Но Валентин Залищук, начальник цеха, в котором работал Валерий Пиха, позвонил ему в больницу с предложением оформить травму как бытовую. В качестве альтернативы начальник пообещал, что работники цеха сбросятся ему на лечение.

Однако травмированного подчиненного это не устроило, и он отказался. Дело в том, что лечение, включавшее операцию, стоило очень дорого (в итоге обошлось в 60 тысяч грн. – Прим.авт.), поэтому Валерий Петрович хотел, чтобы все было оформлено по закону.

По словам Пихи, начальник цеха еще несколько раз звонил ему с настоятельным предложением согласиться, но получил решительный отказ.

Нечаянная инвалидность

Лечение и восстановление Валерия Петровича заняло несколько месяцев. За это время ему поставили протез, который позволял достаточно хорошо передвигаться и выполнять прежнюю работу. Тем не менее предприятие направило работника для освидетельствования на МСЭК (медико-социальная экспертная комиссия).

А там Валерия Пиху ожидал неприятный сюрприз: медицинские эксперты почему-то решили, что мужчина потерял 70% трудоспособности, и поставили ему соответствующий диагноз – 2 группа инвалидности. Причем сроком на год.

– Я считаю, что без «участия» НГЗ в МСЭК этот диагноз вряд ли бы поставили. Видимо, заводское руководство хорошо «попросило» тамошних медиков, те и пошли навстречу пожеланиям столь уважаемой организации, – утверждает Валерий Пиха.

Прямых доказательств подобных действий сотрудников НГЗ у мужчины нет, косвенные – есть. Так, по словам Валерия Петровича, представители НГЗ несколько раз звонили в 3-ю горбольницу, когда он там лежал. Тамошних врачей заводчане настоятельно просили указать в выписном эпикризе, что травма бытовая, но эскулапы из Дубков на эти уговоры не согласились. Зато сообщили больному о такой «заботе» трудового коллектива.

Еще одним аргументом, подтверждающим тот факт, что Николаевская МСЭК очень сильно ошиблась с поставленным Валерию Пихе диагнозом, является заключение судебно-медицинской комиссии из Одессы. Тамошние медики квалифицировали потерю трудоспособности Пихи на 40%, посему максимум, что ему можно было присвоить, это 3-ю группу инвалидности.

Но одесская экспертиза была гораздо позже, а тогда Валерий Петрович всего этого не знал. В июле прошлого года он еще не совсем понимал, что для него может означать диагноз МСЭК. Но как только вышел на работу, ему сразу пояснили, что на предыдущей должности – контролера технического состояния машин он не может работать по состоянию здоровья. Поэтому его переведут на должность оператора диспетчерского движения. Работа, мол, сидячая, не сложная, а заработная плата – такая же.

Но оказалось, что его обманули. Работа действительно была несложной, но зато и оплачивалась она существенно меньше. А вот для здоровья Валерия Пихи оказалась очень даже вредной. Ведь работать приходилось с компьютером, что давало нагрузку на глаза.

После двух месяцев труда на новом месте он почувствовал, что зрение ухудшилось. Проверка у окулиста показала, что острота зрения действительно снизилась на несколько пунктов, причем на оба глаза. Пообщавшись с врачом, Валерий Петрович неожиданно для себя узнал, что с таким зрением, как у него, на предприятии не имели права назначать его на нынешнюю должность.

Эта неприятная новость вывела мужчину из равновесия. Он понял, что перевод его на другую работу, из-за чего он потерял в зарплате и что повлияло на ухудшение его здоровья, это месть со стороны начальника цеха за то, что Пиха не прислушался к просьбам начальства квалифицировать полученную травму как бытовую.

Офицер-афганец, награжденный орденом Красной Звезды за свои боевые заслуги, у которого в руке до сих пор сидит осколок с той жестокой войны, Валерий Пиха решил, что не потерпит такого отношения к себе. Посоветовавшись с адвокатом Дмитрием Беспрозванным, мужчина подал на завод иск в суд с требованием отменить приказ, по которому его перевели на другую должность.

Борьба не на жизнь, а на…

На Николаевском глиноземном заводе, видимо, опешили от такой «наглости» своего сотрудника. Похоже, на предприятие из его работников никто еще в суд не жаловался. Во всяком случае, обратившись к государственному реестру судебных решений, автор не нашел ни одного судебного спора работников с НГЗ.

Соответственно, руководство предприятия, видимо, решило отомстить строптивцу. Придя однажды на свое новое рабочее место, Валерий Пиха увидел там группу из пяти человек. На его вопрос, что это все означает, ему ответили: комиссия будет проводить фотографию рабочего времени. Никто из его знакомых работников НГЗ с подобным еще не сталкивался.

Впервые предложили провести эту процедуру и Пихе. Не понимая, что это такое и чем все может для него закончиться, мужчина разволновался. Как следствие очень сильно подскочило кровяное давление, так, что он вообще не смог больше работать.

Валерий Пиха обратился к врачам. Давление было очень высоким, поэтому ему без разговоров выписали больничный лист. Но полностью восстановить здоровье за время пребывания дома не получилось, поэтому Валерий Петрович обратился к участковой с просьбой продлить больничный. Давление продолжало прыгать, поэтому мужчина не сомневался, что встретит понимание.

Но участковая 4-й городской поликлиники категорически отказалась это делать. Догадавшись, что и здесь без «родного» предприятия не обошлось, Пиха вызвал милицию. Прибывшую опергруппу он попросил зафиксировать тот факт, что ему отказываются оказывать медицинскую помощь. На основании этого следователь Центрального РОВД начал расследование по данному факту.

Через какое-то время завод ответил тем же: жену Валерия Пихи обвинили в том, что во время судебного заседания она угрожала представителям НГЗ. Как утверждает супруга, ничего подобного она и в мыслях не имела, но ей, кажется, не поверили. Теперь уже в Корабельном РОВД началось расследование данного факта.

Что касается суда – то это тема отдельного разговора. Судья Корабельного суда Валентина Цыганок, которая вела дело, делала все, чтобы Пиха убедился в откровенной предвзятости и заангажированности данной служительницы Фемиды.

Как утверждает адвокат Пихи Дмитрий Беспрозванный, проявлялось это в различных обстоятельствах. Так, все ходатайства юристов НГЗ принимались во внимание и приобщались к делу, ходатайства же Пихи отклонялись как несущественные.

Кроме того, судья явно затягивала процесс, назначая новые, ненужные экспертизы. Несложное, по сути, гражданское дело, где главным доказательством правоты или неправоты истца должна была выступить экспертиза, Валентина Цыганок умудрилась затянуть на девять месяцев, проведя около двадцати судебных заседаний.

Так, в марте этого года, Николаевская областная суд-медэкспертиза сделала вывод о том, что по своему физическому состоянию Валерия Пиху нельзя было назначать на должность оператора. Но юристы НГЗ потребовали провести еще одну экспертизу, и судья согласилась с их требованием.

Одесские судмедэксперты сделали точно такое же заключение, поэтому судье уже не оставалось ничего другого, как удовлетворить иск Валерия Пихи и признать приказ о его переводе незаконным.

Огласив решение, судья не стесняясь представителей Пихи так и сказала юристам НГЗ, что сделала для них все, что могла.

Понимая, что подобного унижения на заводе ему не простят, а здоровье у него одно, Валерий Пиха уволился с предприятия.
В Центральном РОВД до сих пор расследуют дело по его обращению, так же как и в Корабельном райотделе не закрыли дело против жены Пихи.

Несмотря на то, что его победа оказалась в какой-то степени пирровой – Валерий Пиха ни о чем не жалеет. Считает, что если бы больше работников, сталкиваясь с произволом работодателей, пытались защитить свои попранные права в суде, то было бы только лучше. Для всех: и работников, и работодателей, и в целом для нашего государства.

Ярослав ЧЕПУРНОЙ, Центр журналистских расследований

 

Сообщение:

*

НОВОСТИ