«ПРОВОКАЦИЯ», или Как главный эксперт области выставил за дверь безутешную мать

В нелепой драке оборвалась жизнь 29-летнего Славы Пономаренко. С момента похорон парня заинтересованные прокурорские и милицейские чины в тесной связке с судмедэкспертами, судя по развитию событий, усиленно пытаются «похоронить» и само уголовное дело.

Его мама, Наталья Александровна, никогда не смирится с мыслью, что сына больше нет: в комнате, где он жил, она не хочет менять даже постель – «она пахнет Славой».

Четвертый месяц мама убитого парня Наталья Пономаренко ищет ответ на самый главный вопрос – что же произошло с ее сыном в ту роковую ночь 26 апреля. Он был спокойным, вежливым мальчишкой, ни с кем не спорил, не пререкался. У него было много друзей, и все они были шокированы сообщением, что Славу убили в драке. Ведь он никогда не дрался.

Видя, что уголовное дело по расследованию преступления явно волокитится, а те двое ребят, которые в тот вечер зверски избили Славу, уже проходят в деле свидетелями, Наталья Александровна решила самостоятельно провести свое, материнское, расследование. Ради памяти сына. Она стала разыскивать настоящих свидетелей той драки, в которой погиб ее Славик, наняла адвоката, настояла на проведении повторных экспертиз, подала иск в суд на бездействие следователей районной милиции, обратилась с жалобами в Генеральную прокуратуру и другие чиновничьи структуры. Можно только представить, сколько ей все это стоило нервов, здоровья и денег!

Врагу не пожелать того, что испытывают родители, похоронив своего ребенка, свою кровиночку. Истерзанные горем и бездушием правоохранителей, они держатся из последних сил, сквозь боль и слезы упрямо пытаясь узнать истину – кто именно виновен в смерти их ребенка и почему преступник не понес заслуженное наказание. Наталье Александровне вскоре пришел ответ из Генеральной прокуратуры, где шаблонным текстом сообщалось: ее жалоба на бездействие районной прокуратуры отправлена для разбирательства в областную прокуратуру. А дальше по тому же шаблону жалобу переслали для разбирательства… в районную прокуратуру. Вот круг и замкнулся, поскольку возникла парадоксальная ситуация – жалоба попала в руки тем процессуальным прокурорам, на кого Н. Пономаренко жаловалась.

Наталья Пономаренко: «Сына не вернуть, а преступники должны сидеть в тюрьме».

Устав от бездеятельности следователей, Наталья Александровна в отчаянии обратилась в газету. В редакцию она пришла с папкой бумаг, на которых убористым текстом должностные лица откровенно отфутболивали женщину отписками, мол, вины в затягивании расследования нет, если не верите – обращайтесь в суд. Хрупкая женщина, выплакав материнские слезы, стала еще сильнее и решительнее в своем стремлении постоять за погибшего сына.

Если друг оказался вдруг…

Эта трагедия случилась в пасхальную неделю. В тот день, 25 апреля, Слава Пономаренко вместе с другом Андреем Зродниковым «выставляли магарыч» бригаде. Месяц назад они приступили к работе на новом предприятии и по установившейся старой традиции решили «обмыть» первую зарплату. Все было скромно – после дневной смены в пятницу они зашли в ближайшее кафе, заказали шашлыки и бутылку водки на четверых. Посидели пару часов, пообщались и разошлись. Слава с Андреем поехали рейсовой маршруткой к себе в Корабельный район. Вышли возле супермаркета «Фуршет», купили там тонизирующий напиток и присели на ближайшей скамейке, продолжая общаться. Время приближалось к 12 ночи.

– Когда мы сидели на скамейке, к нам подошел изрядно выпивший парень с девушкой и попросил угостить его двумя сигаретами. Как оказалось позже, просил для друга, который прошел вперед с девушкой метров десять, – рассказывает Андрей Зродников. – Я дал ему две сигареты, но он вместо благодарности заявил: дай, мол, еще. Слава сидел рядом. Мы вполне безобидно пошутили: надо, дескать, иметь свои. Я засмеялся и сразу же получил увесистым кулаком по голове. От неожиданного удара упал на спину.

Андрей вспоминает, как друг попытался его защитить – словами, культурно. Но у хулигана уже чесались руки, он яростно набросился с кулаками и на Славу.

– Потом подбежал его товарищ и тоже стал драться с нами, – продолжил Андрей. – Я отлучился на несколько минут в соседний магазин, чтобы взять там пиво и из бутылки сделать «розочку» для отпугивания наглецов, но когда вернулся, их уже не было, а Слава лежал на земле неподвижно: кровь текла изо рта и из ушей…

Приехавшая вскоре «скорая» констатировала смерть. Затем приехала милиция.

Как рассказали другие свидетели, которые видели драку и вызывали «скорую помощь», двое ребят били одного, «его друг куда-то убежал». Несмотря на то, что Слава уже лежал на земле, они продолжали его яростно пинать ногами. Свидетели отчетливо слышали истерический крик девушки одного из парней: «Вова, хватит!». Но озверевший Вова, надо полагать, не унимался. Когда Слава уже не подавал признаков жизни, «каратели» успокоились и ретировались куда-то вглубь пятиэтажек. Через пару часов милиция выяснит их личности: 22-летние жители Корабельного района Александр Бевз и Владимир Мельник – известные драчуны этого микрорайона. Они якобы накануне кого-то тоже дерзко избили, но, к счастью, человек остался жив. В милиции этот факт даже не был зафиксирован…

Уже в райотделе дерзкие мальчики сознались и в том, что избивали Андрея и Славу, и в том, что в тот вечер распили две бутылки коньяка. Это зафиксировано в свидетельских показаниях, но блюстители порядка почему-то не сочли нужным посчитать их подозреваемыми в смерти убитого парня. Возможно, приехавшие в ту ночь в Корабельную милицию их родители сумели убедить следователя в благих намерениях их повзрослевших детей? Ведь недаром же, как заметили Славины друзья, присутствующие в ту роковую ночь возле райотдела, мама одного из них названивала по мобильному телефону и просила помочь. Судя по дальнейшему развитию событий, на том конце провода был очень влиятельный человек. Спустя некоторое время взволнованной мамаше милиционер сообщил: «Да не волнуйтесь вы так, к вечеру вашего Сашеньку отпустят!». И действительно, к 17 часам парней отпустили, опросив как свидетелей.

Есть убитый, есть кто убивал, но нет подозреваемых 

– Заметьте, сына убили в первом часу ночи, но нам милиция почему-то об этом не сообщила, хотя у сына с собой был мобильный телефон и паспорт, – говорит мама убитого парня Наталья Пономаренко. – Уже утром около 8 часов мне позвонил один из Славиных друзей и сказал, чтобы я поехала в Корабельный райотдел милиции, мол, Слава попал в драку и там все расскажут. Когда мы с мужем подъехали к райотделу, то увидели там Славиных друзей. Они-то мне и рассказали о ночной трагедии и что Славы уже нет в живых. Не помня себя, я зашла в кабинет к начальнику следственного отдела Ковалю и спросила, что случилось с моим сыном, где он сейчас и почему мне не сообщили о его смерти. Меня поразила реакция главного районного следователя, мол, откуда я знаю, что мой сын погиб, и вообще, возмутился он, «что ваш сын делал в 12 ночи на пятачке, я, например, в это время сплю». На мои слова о том, что он взрослый человек, и что с ним был телефон и паспорт, милиционер отчеканил: вещественные доказательства не имеем права использовать. Он также сказал мне, что в результате драки у моего сына было всего лишь два незначительных телесных повреждения, и он умер якобы потому, что его друг убежал и не оказал ему помощь, не повернул его на бок, так что он захлебнулся кровью. А о том, что его били двое незнакомых парней и эти побои оказались смертельными, ни слова. «Убийцы» в деле проходят в качестве свидетелей. Подозрения изначально были предъявлены Андрею Зродникову за то, что… не оказал вовремя помощь Славе. Почти сутки Андрей пробыл в камере предварительного заключения. Отпустили лишь после того, как его родители наняли адвоката. На сегодняшний день в деле об убийстве моего сына нет даже подозреваемых.

Слава Пономаренко.

Ближе к полудню мы направились в морг, где находилось тело сына. Но нам его показывать отказались: то санитаров нет, то их начальника. Врач-эксперт Гриценко, который вскрывал труп, культурно отказал нам, сообщив, что в данный момент в морге никого нет, и что труп сына нам привезут домой через два дня – в понедельник. Уже тогда мы поняли: что-то скрывают. Чуть позже, к вечеру, после моих звонков к влиятельным знакомым, нам таки разрешили взглянуть на тело сына. И тогда мы поняли причину отказа медиков: они пытались загримировать Славино лицо. Ведь по выводам вскрытия, проведенного судмедэкспертом Жовтневой ЦРБ Игорем Гриценко, на трупе обнаружены лишь легкие телесные повреждения в виде ссадин и перелома носа. А умер он, утверждает эксперт, от того, что захлебнулся кровью. Но даже усиленная гримировка не смогла скрыть изуродованного лица и шеи сына, фиолетовый цвет не закрыл грим. Так какие же это «легкие телесные повреждения»?

Второй судмедэксперт оказался опытнее 

В разговоре с родственниками убитого парня судмедэксперт Игорь Гриценко слово в слово повторил то, что утром говорил следователь милиции: у Славы было только два легких телесных повреждения, и смерть наступила из-за того, что ему вовремя не оказали помощь.

– Честно признаюсь: поначалу слушала эксперта и даже в чем-то соглашалась, но после того, как он заявил, что у Славы в туфлях якобы нашел «травку», сразу поняла, куда он клонит. Я стала требовать повторной экспертизы, областной, – говорит Наталья Пономаренко.

Добиться этого было нелегко. Процессуальный прокурор Корабельного района Константин Чуйков всячески убеждал Наталью Александровну не делать повторного вскрытия, мол, это лишняя морока, а судмедэксперт Игорь Гриценко, по его мнению, опытнейший эксперт, много лет работает и почти никогда не ошибается в выводах. Для пущей убедительности прокурор подтвердил: он тоже видел труп и на нем были лишь незначительные ссадины, относящиеся к легким телесным повреждениям. Но Наталья Пономаренко настойчиво требовала повторного вскрытия – по закону она имела на это право. Но матери стали препятствовать другим способом.

– В понедельник, на третий день после убийства, нам позвонили из морга и потребовали забрать тело сына, хотя прекрасно знали, что на вторник назначено повторное вскрытие в областном бюро СМЭ. Мы приехали за телом в морг во вторник утром и ужаснулись: всю ночь труп пролежал в коридоре без холода и начал распухать. Лицо сына сильно изменилось. Мы перевезли его в областное судебно-медицинское бюро для проведения повторного вскрытия. Там он и остался до утра в холодильном помещении.

Повторное вскрытие показало, что у Славы, кроме легких телесных повреждений, были обнаружены еще и черепно-мозговая травма, и многочисленные удары по голове тупым предметом (кулаком или обутой ногой). Результаты повторного вскрытия были полной противоположностью первому заключению эксперта. Но, несмотря на то, что там было четко написано, что «между телесными повреждениями участка носа и смертью имеется прямая причинно-следственная связь», следователь Корабельной милиции Владислав Варламов, расследующий это дело, за основу принимает результаты первоначального вскрытия, проведенного экспертом Игорем Гриценко, где указаны легкие телесные повреждения.

Комедия в служебном кабинете 

Чтобы выяснить спорные моменты, связанные с проведением судебно-медицинских экспертиз, Наталья Пономаренко написала письмо-жалобу начальнику областного бюро судебно-медицинской экспертизы Сергею Косицкому и просила разобраться, почему судмедэксперт Игорь Гриценко выдал необъективные данные по результатам вскрытия трупа ее сына. Ответ пришел через две недели. Из него следовало, что все руководство областной структуры – и начальник, и его заместитель ушли в отпуск и разбирать жалобу некому. «Розгляд вашого звернення буде можливий по виходу адміністрації до работи», – не мудрствуя лукаво написал убитой горем маме исполняющий обязанности начальника Г. Тищенко.

В томительном ожидании прошел месяц, на исходе второй, но из областной СМЭ ни ответа ни привета. Следователи милиции не предъявляют подозрение истинным преступникам, сетуя на то, что судмедэксперты выдали две взаимоисключающие экспертизы. Дело зашло в тупик.

Уточнив по телефону, что главный областной эксперт Сергей Косицкий находится на рабочем месте, журналист вместе с Натальей Пономаренко отправился к нему на прием. Заранее зная неприязнь Сергея Евгеньевича к журналистам после того, как они ославили его на всю Украину по делу двухлетней давности о «черных трансплантологах», газетчик пошел как рядовой посетитель, представившись сестрой потерпевшей. Напомню, два года назад оперативникам удалось задержать автомобиль с рефрижератором, в котором нелегально перевозились человеческие органы. Дело было настолько громким, что господину Косицкому пришлось покинуть пост руководителя этой службы. Спустя полтора года Сергей Косицкий благополучно занял прежнее кресло.

Сергей Косицкий боится журналистов как чёрт ладана.

В беседе с нами Сергей Евгеньевич изначально был вежлив и толерантен, всячески подчеркивая, что он на нашей стороне. Он согласился со словами Натальи Пономаренко о том, что эксперт Жовтневой ЦРБ Игорь Гриценко «не бесплатно» выдал искаженные результаты вскрытия трупа, но доказать этот факт, к сожалению, дескать, невозможно. И соответственно наказывать пока его не за что.

Но первый же неудобный вопрос журналиста, назвавшегося сестрой потерпевшей, насторожил главного эксперта области. К тому же он заметил включенный диктофон.

– Вы кто? Вы, наверное, ее адвокат? – с подозрением прищурил глаза начальник и наигранное сочувствие с показушной лояльностью вмиг слетели с его лица.

Пришлось рассекретиться и показать удостоверение журналиста.

Следует подчеркнуть: за всю мою журналистскую работу, а это довольно приличный стаж, еще никто так внимательно и так скрупулезно не изучал мое журналистское удостоверение. Детально исследовав наклон каждой буквы, Сергей Евгеньевич, к моему изумлению, тщательно переписал все мои данные на бумажку и с видом знатока заявил, что таких ксив на принтере напечатает с десяток. На что мне пришлось парировать, что подделкой документов я не занимаюсь.

– Выключите диктофон, я с вами, как с журналистом, не хочу общаться и прошу покинуть кабинет, – внезапно разгорячился Сергей Евгеньевич. Но видя мое железобетонное спокойствие, обратился к матери убитого парня: – Поведение вашей сестры вызывает у меня раздражение. Я сейчас вызову милицию.

– Хорошо, вызывайте, – согласилась я, – не к вам же в баню пришла, а как к должностному лицу, и, заметьте, разговариваю тихо, вежливо, не нарушая общественный порядок.

Милицию он так и не вызвал. С изумлением мы смотрели, как он возбужденно бегал по кабинету, с раскрасневшимся от гнева лицом и испариной на лбу, выкрикивая что-то о «провокации», затем распахнул дверь и потребовал удалиться.

– Если вы такие умные сестры, – на полном серьезе кричал горе-начальник, – то вам необходимо записаться ко мне на прием за неделю и при этом написать «преамбулу», что вы от меня хотите. А сейчас я с вами не желаю разговаривать. В государстве должен быть порядок.

При этом Косицкий выскочил в коридор и стал громко звать на помощь своих подчиненных. Откликнулись четверо, один из них – Олег Майборода, как выяснилось, эксперт. Остальные женщины, по всей видимости, были из бухгалтерии. Люди молчаливо наблюдали за странным спектаклем, а главный эксперт области никак не унимался:

– Где приказ на ваше задание? – строго вопрошал уже эксперт Майборода, тыча пальцем в журналистское удостоверение, которое он приказал предъявить на всеобщее обозрение.

Пришлось объяснить заигравшимся руководителям, что журналисты посещают должностных лиц без приказов, на то есть специальный закон под названием «Об информации», и препятствие журналисткой деятельности карается законом.

От всего этого безобразия с мамой убитого парня Натальей Пономаренко случилась истерика.

– Да что же вы за люди, – горестно закричала она, – у меня убили сына, ваш эксперт исказил результаты вскрытия, чтобы выгородить убийц, а вы здесь ломаете комедию!

Мы ушли, так и не получив ответы на свои вопросы. В душе остался неприятный осадок – как может человек с такой низкой моральной планкой, для которого человеческая жизнь ничего не значит, занимать столь ответственную должность, получая высокую зарплату из наших налогов? Хочется верить, что новая власть сможет правильно расставить акценты в кадровых вопросах, а люди, подобные Косицкому, больше не смогут отравлять жизнь честным, порядочным людям. Прав господин Косицкий в одном: в государстве должен быть порядок. Но его не будет до тех пор, пока такие горе-руководители будут занимать ответственные посты.

Обращайтесь в суд!

Были уже в редакции, когда в приемной раздался телефонный звонок. Звонил Косицкий, интересовался, есть ли такая Фабрикова в штате редакции газеты «Рідне Прибужжя», кем она работает и кто ее хозяин. На что секретарь ответила, что учредителем газеты является областной совет.

Пару дней спустя на мобильный телефон Натальи Пономаренко позвонили от Сергея Косицкого и попросили прийти, мол, ответ на ее жалобу готов.

Надо отдать должное, ответ был объективным. Что на это повлияло, трудно сказать, наверное, визит журналиста.

«…Щодо правильності встановлення ступеня тяжкості тілесних ушкоджень експертом Гриценко І.В. Згідно наказу виконуючого обов’язки бюро СМЕ Туренко Р.Ф. від 02.07.2014 року в бюро була створена службова комісія для розслідування даного факту. Комісія встановила, що при визначенні ступеня тяжкості тілесних ушкоджень, експерт Гриценко І.В. грубо порушив п.п. 2.1.2, 2.1.3 (у) інструкції «Про проведення судово-медичної експертизи», затвердженої наказом МОЗ України № 6 від 19.01.1995 р. «Про розвиток та вдосконалення судово-медичної служби України», в яких чітко вказано, що такі тілесні ушкодження, які мав громадянин Пономаренко С.О., відносяться до тяжких тілесних ушкоджень, що і було встановлено судово-медичним експертом Трюханом С.В.

Надання юридичної оцінки таких дій судово-медичного експерта Гриценко І.В. не входять до компетенції адміністрації обласного бюро судово-медичної експертизи. Для надання відповідної кваліфікації діям вказаного експерта Вам необхідно звернутися до правоохоронних органів або суду…». 

И снова конфуз. В последнем абзаце письма главный областной эксперт пишет, вроде как для справки: «Начальник бюро Косицький С.Е. був у відпустці з 23.06.14 р. по 11.07.14 р. Заступник начальника Туренко Р.Ф. знаходився у відпустці з 1.07.14 р. по 30.07.14 р.». Возникает вполне логический вопрос: как могло должностное лицо Туренко Р.Ф. издать приказ о создании комиссии по расследованию данного факта, находясь в плановом отпуске? Похоже на очередное лукавство: руководитель не в курсе, где его заместители – то ли на море, то ли … в морге. Хотя это и не так важно по сравнению с подделкой результатов судебно-медицинских экспертиз, от содержания которых зависит степень наказания преступников. Но все же…

Послесловие 

Эта история – типичный срез нашего времени. Выходит, для того, чтобы добиться справедливости и заставить работать правосудие, человеку надо заручиться поддержкой СМИ, общественных организаций и самому иметь не только легкие, но и жабры, истоптав не одну пару обуви в походах по чиновничьим кабинетам.

Готовя этот материал к печати, пришлось встречаться со многими людьми. Но никто из них не сказал ничего плохого о погибшем Славе. И не потому, что о мертвых плохо не говорят. Он действительно был хорошим человеком. И не бросил друга, не убежал в трудную минуту. Он не нанес своим убийцам ни одного удара. Прямым доказательством тому являются кисти его рук: на них не было ни синяка, ни ушиба, ни одной царапинки. Он не дрался. Его били по голове сначала кулаками, а когда упал – ногами. Этот факт – неоспорим.

Для полной ясности и объективности журналист решил поговорить с молодыми людьми, до смерти избившими Славу, и задать им единственный вопрос: что они чувствуют в душе после случившегося? Не грызет ли их совесть?

Удалось дозвониться лишь к одному из них – Владимиру Мельнику, Александр Бевз отключил телефон.

– Вы вообще думаете, что спрашиваете? Что я могу чувствовать? – вопросом на мой вопрос ответил собеседник. – Я с вами не могу разговаривать, нахожусь в маршрутке, – оборвал разговор Владимир Мельник.

Отказался разговаривать с журналистом и процессуальный прокурор Корабельного района Константин Чуйков. На просьбу газетчика прокомментировать продвижение уголовного дела по убийству Славы Пономаренко ответил уклончиво.

– Во-первых, это не было убийство, – уверенно заявил он, – а во-вторых, я не буду ничего комментировать, для этого в областной прокуратуре существует пресс-служба, вот туда и обращайтесь.

Вот и поговорили.

Ну что ж, последуем совету юного прокурора Корабельного района и направим данную публикацию новоназначенному прокурору области Владимиру Комашко – на реагирование. Надеемся, мытарствам несчастной матери невинно погибшего парня будет положен конец и убийцы понесут заслуженное наказание.

Мы продолжаем отслеживать дальнейшее развитие событий, поскольку точку ставить еще рано.

Татьяна ФАБРИКОВА

Максим КРАСЮК, адвокат:

– Что касается производства досудебного следствия, то однозначно можно сказать, что по делу не производится никаких следственных действий, кроме тех, которые были произведены в первые несколько дней после убийства.

Так, были поверхностно (без детального уточнения обстоятельств) опрошены свидетели, которые являлись очевидцами произошедшего, а лица, причастные к смерти Пономаренко С.А., были опрошены в качестве свидетелей, а не подозреваемых. Возникает вопрос, а почему не подозреваемых? Что в действиях лиц изначально не усматривается признаков состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 296 УК Украины (хулиганство)? Вопрос об установлении причины смерти и степени тяжести телесных повреждений, повлекших смерть, объективно решается на протяжении одного месяца, после чего подозрение должно быть предъявлено с учетом полученных выводов эксперта и по другим статьям, а именно: ч. 2 ст. 121 УК Украины.

Со слов следователя, заключение экпертизы, которой установлено наличие тяжких телесных повреждений у Пономаренко С.А., он во внимание не принимает, поскольку считает, что последняя не является мотивированной. Этим и обусловлен отказ в ходатайстве потерпевшей об оглашении о подозрении виновным лицам по ст. 121 УК Украины. Нами было заявлено ходатайство о проведении следственных экспериментов со свидетелями, о детальном дополнительном допросе указанных лиц с нашим присутствием, которое 19.07.2014 было удовлетворено, однако по состоянию на сегодняшний день ни одно следственное действие так и не проведено.

Мы обратились в Корабельный районный суд г. Николаева, который согласился с нашими доводами об умышленном, безосновательном затягивании сроков производства расследования по делу и обязал следователей выполнить все следственные действия в течение 20 дней. Но прошло уже 15 дней, а следственные действия не производятся.

Комментарии:

  1. настя:

    соболезнование маме. Держитесь

  2. Сергей:

    Возмутительно. Не слов одни эмоции.

  3. ирина:

    У меня аналогичная ситуация

Сообщение:

*

НОВОСТИ